Разбитое сердце
Дмитрий преподавал математику в 546-й школе Красносельского района. Там же работала его гражданская жена Анастасия Кычева — учительница истории. Они были парой, у них родился сын Саша, но штамп в паспорте так и не появился. Как позже объяснит сам Накаряков следователям, его специально не вписали в свидетельство о рождении мальчика — чтобы Анастасия получала пособия как мать-одиночка.
Они жили врозь. Дмитрий снимал квартиру, Анастасия с сыном жили у матери, 58-летней Аллы Пиджаковой. Та тоже была педагогом — преподавала английский язык, пока не вышла на пенсию. В семье учителей все выглядело прилично снаружи. Но внутри зрела катастрофа.
Отношения Дмитрия и Анастасии давно трещали по швам. Женщина решила расстаться окончательно. Появился кто-то другой — по крайней мере, так считал Накаряков. Эта мысль превратилась для него в наваждение. Он не мог ее отпустить. Не хотел. А потом и вовсе решил, что если не будет его — не будет ничьей.
Подруга Анастасии вспоминала: Дмитрий был человеком непредсказуемым. Мог сегодня сказать одно, завтра — противоположное. Незадолго до трагедии он вроде бы смирился, заявил Анастасии, что отпускает ее, больше не будет мешать. Женщина вздохнула с облегчением, но рано.
По словам самого Накарякова, все началось раньше. Его отношения с матерью Анастасии, Аллой, не складывались никогда. Женщина упрекала зятя, что он не женится на дочери официально, не обеспечивает семью. В какой-то момент она настояла, чтобы Дмитрий съехал из их квартиры.
После этого мужчина, как он рассказывал, отправился служить по контракту. Но служба закончилась, и он вернулся в Петербург. Приехал с твердым намерением вернуть все, как было. Только Анастасия больше не хотела его видеть. А теща и подавно.
Тогда внутри Накарякова что-то сломалось. Он принял решение. Страшное и окончательное.
Смертельная пятница
В тот вечер в квартире все было тихо: Алла готовила ужин, маленький Саша спал в детской. Анастасия еще не пришла с работы — задерживалась в школе.
Дмитрий появился внезапно. У него был ключ, остался с тех времен, когда они с Анастасией жили вместе. Он зашел бесшумно. Алла не услышала его шагов. Она стояла у плиты, помешивая что-то в кастрюле, когда первый удар молотка обрушился на ее голову.
Удар за ударом. Женщина даже крикнуть не успела. Потеряла сознание сразу. Соседи потом говорили — слышали только стук, думали, кто-то полки вешает или мебель собирает.
Саша проснулся и заплакал от того, что ему приснился плохой сон. Обычно бабушка сразу бежала, если внук плакал. Но сейчас ее не было. Мальчик заплакал громче. Дмитрий понял: надо что-то делать, иначе кто-нибудь из соседей может услышать.
Он взял планшет, запустил «Синий трактор» — любимый мультик сына — и протянул ребенку. Яркие картинки, веселая музыка. Саша затих, уставившись в экран. А отец поднял молоток над головой малыша.
Тело маленького Саши Дмитрий спрятал в холодильник.
Она выжила дважды за один вечер
Анастасия вернулась домой около восьми вечера. Открыла дверь ключом — и сразу поняла, что что-то не так. Дмитрий выскочил из-за угла. В руках молоток. Женщина не успела даже закричать.
Удары сыпались один за другим. Анастасия пыталась закрыться руками, увернуться, но сил не хватало. Она потеряла сознание прямо в прихожей. Дмитрий посмотрел на нее, решил, что все кончено, и вышел из квартиры. Запер дверь на ключ. Взял с собой ключи от машины и отправился в ближайший магазин.
Камера видеонаблюдения зафиксировала его спокойное лицо у прилавка с алкоголем. Обычный покупатель. Ничего примечательного. Кадры позже распространили в местных сообществах, именно по ним его и вычислили.
Накаряков вернулся, открыл бутылку, сел на кухню. Выпил. Оглянулся. И тут заметил, что Анастасия еще дышит.
Дмитрий встал, достал нож и нанес женщине еще одно ранение. Теперь, как он думал, точно конец.
Но Анастасия выжила. Как — не понимают даже врачи. Повреждения были критическими. Но она очнулась. Осознала, что в квартире с ней двое мертвых, дверь заперта, убийца может вернуться. Единственный путь к спасению — окно. Квартира на первом этаже.
Анастасия с последними силами выползла на балкон, перевалилась через перила и рухнула вниз. Там, на земле, лежали матрас и подушки — видимо, кто-то из жильцов недавно выбрасывал старые вещи. Они смягчили падение.
Соседи услышали стон и выглянули в окна. Увидели окровавленную женщину на земле и немедленно вызвали скорую и полицию.
Теплица и облава
Когда Дмитрий вернулся к квартире в третий раз — уже с канистрой бензина, чтобы устроить пожар и сжечь все улики, — он увидел мигалки. Полиция уже была на месте. Врачи увозили Анастасию в реанимацию. План рухнул.
Накаряков развернулся и умчался прочь на машине. Направился в Гатчинский район Ленобласти, где у его родителей была дача в поселке Дружная Горка. Бросил машину неподалеку и забрался в теплицу на соседском участке, где и затаился.
Полиция сработала оперативно: ориентировки разослали во все отделения региона, патрули прочесывали улицы, камеры видеонаблюдения работали на полную мощность.
Поиски длились больше суток. 27 октября убийцу нашли. Операция прошла быстро, сопротивления он не оказал. Когда его выводили из теплицы, на лице не было никаких эмоций. Словно робот, у которого села батарейка.
«Эмоциональный момент»
На видео, которое опубликовала официальный представитель МВД Ирина Волк, Дмитрий Накаряков сидит в машине полиции и спокойно, почти равнодушно объясняет мотивы:
«Жена мне изменила, она меня ненавидела».
Вот и все. Никакого раскаяния, никакой боли. Просто констатация факта, будто речь о погоде за окном.
На допросе в Следственном комитете он держался так же. Монотонно, без эмоций перечислял факты: где стоял, как бил, сколько раз, как запирал дверь, как возвращался с бензином.
«Были разногласия у нас с ними, из-за этого происходили ссоры. Эмоциональный момент возник — перешел к таким действиям», — говорит он следователю, словно диктует отчет о командировке.
«Эмоциональный момент». Именно так он обозначил убийство собственного двухлетнего сына, тещи и покушение на мать ребенка.
Следственный эксперимент: как убивают без сожаления
28 октября Накарякова привезли на место преступления для проведения следственного эксперимента. Он послушно показывал, как все было.
Всё механически. Без капли сожаления. Будто это была не его семья, а персонажи компьютерной игры.
Следователи зафиксировали каждое слово, каждое движение. Дмитрий Накаряков признал вину полностью. Назвал жертв «неофициальной тещей и сыном». Отстраненно, как будто речь шла о ком-то постороннем.
Две записки
Во время обыска следователи обнаружили две записки, которые оставил Накаряков перед преступлением. Одна была адресована родителям, которые живут в Гатчине. В ней он прощался с близкими и указывал банковские счета, где хранились его деньги. Вторая записка тоже была прощальной.
Дмитрий собирался покончить с собой после убийств. Но в последний момент передумал. Эта его черта — менять решения на ходу — в итоге спасла ему жизнь. Но отняла жизнь у двоих других.
Что дальше
Сейчас Дмитрий Накаряков находится под стражей. 28 октября ему официально предъявили обвинение по статьям о двойном убийстве, включая убийство малолетнего ребенка, а также по статье о покушении на убийство. Следователи намерены ходатайствовать о заключении под стражу. Впрочем, сомнений в избрании этой меры пресечения нет ни у кого.
Ему грозит пожизненное заключение. Другого исхода быть не может.
Анастасия Кычева остается в больнице. Состояние тяжелое, но врачи делают все возможное. Женщина выжила вопреки всему — медики называют это чудом. Физически она, возможно, восстановится со временем. Но психологические раны… Как жить дальше, зная, что отец твоего ребенка убил этого ребенка молотком, включив ему перед смертью мультик? Как смотреть в зеркало, понимая, что ты выжила, а твой двухлетний сын и мать — нет?
На эти вопросы нет ответов.
Соседи до сих пор в шоке
Жители дома на Комиссара Грушко не могут прийти в себя. Многие говорят, что даже представить не могли ничего подобного. Семья педагогов, тихие люди, интеллигентные. Никаких скандалов, никаких ссор на лестничной площадке.
Балкон той самой квартиры до сих пор виден с улицы. Перевернутая сушилка для белья, разбросанные вещи. На земле внизу все еще лежат матрас и подушки, на которые упала Анастасия, спасаясь от убийцы.
Под теми окнами теперь люди останавливаются, смотрят вверх и качают головами. Кто-то крестится. Кто-то просто стоит молча.
Вопросы, на которые нет ответов
Психологи говорят: такие преступления совершают люди, которые не способны пережить расставание. Когда партнер уходит, у определенного типа личностей срабатывает деструктивная программа:
«Если ты не со мной — ты не будешь ни с кем».
Эксперты призывают не игнорировать тревожные сигналы в отношениях — агрессию, попытки контроля, угрозы. Все это может быть предвестником страшной развязки. Но в случае Накарякова таких явных сигналов, похоже, не было. Или их просто не заметили. Или он сам не знал о своей способности на такое — пока «эмоциональный момент» не накрыл его с головой и не утопил в крови.
Могла ли Анастасия предвидеть, что бывший возлюбленный способен убить собственного ребенка? Могли ли коллеги по школе, друзья, родственники заметить что-то неладное? Возможно ли вообще предотвратить преступления, совершаемые из ревности?
Два трупа. Один выживший. Один обвиняемый. Одна разбитая жизнь. И тысячи вопросов, на которые, скорее всего, никогда не будут найдены ответы.