Земляника раздора
История началась с самого, казалось бы, невинного: маленькая девочка четырёх лет потянулась за дикой земляникой на солнечной полянке в Юрмале. Обычная летняя картинка — ребёнок, ягоды, тёплый день. Но именно этот момент превратился в эпицентр скандала, который до сих пор не утихает в русскоязычном интернете.
По версии Божены Рынской — бывшей московской светской хроникёрши, а ныне новоиспечённой гражданки Латвии — пожилая латышка буквально набросилась на малышку с криками о «ненавистных русских оккупантах». Девочка, дочь известного кинокритика Зинаиды Пронченко, просто хотела ягодку. А получила политическую лекцию от незнакомой бабушки.
Рынска, разумеется, не смолчала. Пост появился незамедлительно.
Три поста про одну историю
Божена Рынска — человек, которому никогда не хватает одного высказывания. Первый пост обрастает вторым, второй — третьим. Так случилось и на этот раз: история про землянику выросла в целую трилогию рассуждений о «национальной травме латышей», «советской оккупации» и якобы исконном русском стремлении «залезть на чужое».
Но своими постами она умудрилась обидеть и латышей, ненавязчиво обвинив их в расизме:
«Если вас шестьсот миллионов, вы можете позволить себе испражняться на сотню басурман. Если вас меньше двух миллионов, то любой инородец, собирающий ягоды в радиусе пяти метров, уже воспринимается как оккупант».
Иными словами, автор текста — женщина, которая сама переехала в Латвию после начала СВО — фактически оправдала агрессию в сторону четырёхлетнего ребёнка. Не без оговорки «кричать не стоило», но с добавлением «бабушка в целом права».
Кто такая Рынска
Тем, кто не следил за московской светской жизнью десятилетней давности, стоит сделать небольшое отступление. Божена Рынска (настоящее имя — Евгения Львовна Рынская) — вдова известного журналиста Александра Политковского, бывший светский обозреватель, человек с репутацией скандалиста и острослова. После 24 февраля 2022 года она, как и многие представители либеральной московской тусовки, предпочла сменить адрес проживания.
Выбор пал на Юрмалу — латвийский курортный город, традиционно популярный среди русскоязычных жителей ещё со времён СССР. Там она и обосновалась. Получила латвийское гражданство. Но при этом продолжает сдавать московскую недвижимость — то есть зарабатывает в стране, которую публично называет «злобным Мордором».
Этот контраст не остался незамеченным ни в России, ни в Латвии.
Блогер и «убежант» Божена Рынска
Латыши ответили неожиданно
Интересно, что больше всего досталось Рынской именно от латышских читателей. Они восприняли её публикации не как защиту детей от национализма, а как разжигание межнациональной розни — причём руками человека, который сам едва успел получить местный паспорт.
Комментарии под постами оказались весьма показательными. Местные жители в большинстве своём не узнали в описанной сцене типичного поведения латышей:
«Представить, что пожилая латышка на всю Юрмалу начнёт кричать маленькому ребёнку: "Да вас всех ненавидят, русские!" — лично мне крайне сложно. За многие годы я видела совсем другое. Латыши обычно скорее промолчат, сделают спокойное замечание или просто уйдут», — написала одна из жительниц города.
Другой комментарий и вовсе переворачивал всю историю с ног на голову:
«Юрмала — это мегадоброжелательная среда к русскоязычным. У нас все местные на русском говорят. А вот украинцы фыркают — так может, это была украинка?»
Вопрос, который остался без ответа
Любопытная деталь, которую подметили сразу несколько пользователей: на каком языке кричала «латышская бабушка», если её поняли русскоязычные мама с дочкой? Ведь если диалог шёл по-русски — это уже несколько меняет картину. Значит, перед нами не языковой барьер и не культурное недопонимание, а нечто иное.
«Дайте угадаю — на русском с мягким Г?» — иронично уточнили в комментариях, намекая на украинский акцент.
Никто, конечно, не снимает с повестки проблему роста националистических настроений в Прибалтике — это реальность, которую фиксируют и правозащитники, и социологи. Отношение к русскоязычному населению после 2022 года действительно заметно осложнилось. Но одно дело — системная проблема, и совсем другое — конкретная история, достоверность которой вызывает у очевидцев большие сомнения.
Катализатор ненависти или жертва обстоятельств?
Примечательно, что сама Рынска, судя по реакции аудитории, оказалась в довольно неловком положении. С одной стороны, она вроде бы заступается за ребёнка. С другой — тут же обобщает и раздувает конфликт до масштабов исторической трагедии, заодно обвиняя «всех русских» в оккупационном менталитете и защищая латышских националистов логикой «маленькой страны».
Такая позиция не понравилась никому. Русскоязычные читатели возмутились тем, что их детей автоматически записывают в «оккупанты». Латышские — тем, что их изображают агрессивными националистами без каких-либо реальных доказательств. Украинцы оказались случайно упомянуты в качестве альтернативных подозреваемых.
В итоге большинство комментаторов с обеих стран сошлись на одном: кто бы ни кричал на девочку на той полянке, главным «катализатором всеобщей ненависти» в этой истории стала именно Рынска.
Ягода как зеркало эпохи
История про землянику, при всей её кажущейся мелочности, поднимает очень болезненные темы. Про людей, которые уехали из России, но так и не стали своими нигде. Про принимающие страны, которые устали от того, что их пространство превращается в площадку для чужих политических разборок. И детей, которые просто хотят ягодку — и не понимают, почему взрослые вокруг так злятся.
Рынска, возможно, рассчитывала на волну сочувствия. Получила волну критики — с обеих сторон. В каком-то смысле это и есть её главный талант: умение в любой истории, даже самой трогательной, стать главным раздражителем для всех участников дискуссии одновременно.
Земляника, тем временем, так и осталась несорванной.