Главная цель сотрудничества — изучение ионосферы и пылевой обстановки на орбите. Синхронные замеры на разных орбитах позволят получить трёхмерную картину процессов, которые раньше учёные видели плоскими. От состояния ионосферы зависит вся связь на Земле и работа навигационных систем — понимание того, как «дышит» этот слой атмосферы, способно устранить слепые зоны для спутниковой навигации.
За отбор идей отвечает специальная российско-китайская подгруппа. Критерий жёсткий: только проекты с высокой степенью научно-технической готовности. Сотрудничество идёт по двум направлениям: унификация «железа» и совместный анализ гигабайтов данных. Приоритет отдаётся экспериментам, у которых уже есть реальная техническая база для немедленной реализации.
На этом фоне сенат США одобрил перенос вывода МКС из эксплуатации с 2030 на 2032 год, чтобы избежать перерыва в постоянном присутствии человека на орбите и не отдать лидерство Китаю. Однако Вашингтон до сих пор не выбрал финального подрядчика на замену станции, а коммерческие проекты Axiom Space, Blue Origin и Voyager находятся на ранних стадиях разработки. Тем временем Китай расширяет «Тяньгун» вдвое — к трём существующим модулям добавят ещё три, продлив миссию до 2037 года.
Но орбитальная синхронизация — лишь верхушка космического айсберга. Россия и Китай уже одобрили концепцию создания российского сегмента Международной лунной исследовательской станции (ILRS) — проекта, который должен стать прямым конкурентом американской программы «Артемида». В мае 2025 года «Роскосмос» и Китайское национальное космическое управление подписали меморандум о строительстве атомной электростанции для лунной базы, которую планируется завершить к 2036 году.
Кроме того, Россия разместит два своих прибора на китайской лунной миссии «Чанъэ-8», а в рамках ILRS к проекту уже присоединились Венесуэла, Пакистан и ещё более десяти стран. Китай намерен привлечь до 50 государств к строительству обитаемой базы на южном полюсе Луны.
В то же время Москва не торопится интегрироваться с Пекином в пилотируемых полётах: российские космонавты пока не смогут прибыть на китайскую станцию из-за технических и правовых разногласий. Однако сотрудничество на уровне научных приборов и совместных экспериментов развивается стремительно. Пекин, в свою очередь, готовит к полёту первого пакистанского космонавта на «Тяньгун» осенью 2026 года и ведёт переговоры с Таиландом о полёте его первого астронавта.
Пока западные державы вынуждены латать дыры в собственных космических программах, Москва и Пекин методично формируют альтернативный центр притяжения на орбите и на Луне. И если в 2030-е годы США останутся без постоянной станции на низкой околоземной орбите, российско-китайский альянс может стать доминирующей силой в космосе.
Ранее академик РАН признал зависимость развертывания РОС от США.
Инженер Матасов: Полет Гагарина стал импульсом для прогресса.