Вот факт, который большинство людей не знает: у вас во рту прямо сейчас есть зачатки третьего комплекта зубов. Они там были всегда. Природа их заложила, и сама же заблокировала их рост. Японский ученый потратил 30 лет, чтобы найти этот замок. Кажется, он его нашел.
В мае 2026 года биотехнологическая компания Toregem Biopharma объявила о начале второй фазы клинических испытаний и привлекла новый раунд финансирования — $5,3 млн. Это уже не просто пресс-релиз. Это означает, что первая фаза прошла без серьезных побочных эффектов, государство и инвесторы поставили на продолжение.
Как это работает
В 2007 году команда доктора Кацу Такахаши исследовала мышей с генетической аномалией: у них отсутствовал один белок, USAG-1. Мыши оказались странными: у них росло больше зубов, чем положено. Полноценных. Функциональных. Неотличимых от обычных.
Вывод был сделан почти сразу. USAG-1 — это молекулярный выключатель, который после смены молочных зубов на постоянные блокирует рост зубных зачатков третьего поколения. Зачатки при этом никуда не деваются, они просто «спят» в челюсти большинства людей. Убери тормоз, и тело вспомнит, как делать зубы само.
Звучит просто. На практике потребовалось еще почти 20 лет. Полностью отключить USAG-1 не работало: в ранних экспериментах это давало аномальные результаты: зубы росли не там и не так. Нужна была хирургическая точность: заблокировать только одно конкретное взаимодействие белка с сигнальным путем BMP, который отвечает за развитие зубных зачатков, не затрагивая остальные процессы.
Препарат, который в итоге получился, называется TRG-035. Это моноклональное антитело, если говорить совсем просто, молекулярный ключ, который открывает один конкретный замок и больше ничего не трогает. Вводится внутривенно. Один укол.
В октябре 2024 года в больнице Киотского университета начались первые испытания на людях. 30 мужчин от 30 до 64 лет, у каждого не хватает хотя бы одного коренного зуба. Задача первой фазы была одна: убедиться, что это не убивает и не калечит. К началу 2026 года данные были собраны. Серьезных побочных эффектов — ноль.
Как развиваются события
Май 2026 года стал поворотной точкой. Toregem объявила о начале второй фазы, и впервые препарат будут давать не здоровым добровольцам, а настоящим пациентам: детям с врожденной адентией, состоянием, при котором зубы просто не вырастают с рождения.
Это важно понять: именно для этих детей TRG-035 разрабатывался в первую очередь. Не для взрослого, потерявшего зуб из-за кариеса, а для ребенка, у которого зубов никогда не было. Потому что для детей с растущей челюстью импланты и протезы не работают, они мешают нормальному развитию кости. У них вообще нет хорошего решения. Пока.
В ноябре 2025 года Toregem получила ответ от американского FDA по результатам предварительных переговоров: первый шаг к параллельным испытаниям в США. Суммарное финансирование проекта с учетом грантов превысило $29 млн. Препарат получил в Японии статус орфанного — ускоренная регуляторная дорожка с налоговыми льготами и приоритетным рассмотрением. В японской прессе TRG-035 уже называют «hagae-gusuri» — буквально «лекарство, проращивающее зуб».
Почему ждать все-таки не стоит
С тех пор как новости о японском препарате разошлись по всем медиа, пациенты все чаще приходят на консультацию с одним вопросом: а может, подождать? Илья Сачечелашвили, стоматолог-хирург и имплантолог АК «ПрофиДент», слышит его довольно часто.
Сачечелашвили Илья Георгиевич, врач стоматолог-хирург-имплантолог
Илья Сачечелашвили, стоматолог-хирург, имплантолог, АК «ПрофиДент»: Да, пациенты все чаще спрашивают про «волшебный укол». И нередко эта мысль становится для них решающим аргументом в пользу того, чтобы подождать. Но я вижу три реальных риска такого решения.
Первое — время. Toregem говорит о массовом распространении к 2030 году, но компания до сих пор ведет клинические испытания. Шанс того, что эта дата не сдвинется еще на пять или десять лет, — 50 на 50.
Второе — неизвестность. Активация зубного зачатка — принципиально новая методика без отдаленных результатов. Имплант — проверенная временем возможность нормально жевать.
Третье — костная убыль. Каждый участок челюсти без зуба теряет объем. Чем дольше ждешь, тем сложнее и дороже будет любое последующее лечение — неважно, имплант или что-то еще.
Проблема в том, что кость не ждет. После удаления зуба в организме немедленно запускается резорбция — рассасывание костной ткани в месте, где был корень. Кость существовала потому, что получала нагрузку. Нагрузки нет — кость уходит. В первый год теряется в среднем около 25% объема в этой зоне, за три года — до 60%.
Это не просто цифра на бумаге. Это разница между стандартной имплантацией за один хирургический день и многомесячным лечением с костной пластикой, синус-лифтингом и дополнительными операциями. Одновременно соседние зубы начинают смещаться в сторону пустого места — незаметно, но неуклонно. Когда это замечаешь, уже нужна ортодонтия.
Илья Сачечелашвили: Такие пациенты были. Если говорить о цифрах: стоимость имплантации сразу после удаления и стоимость спустя два с половиной года отличалась примерно вдвое. Такова плата за упущенное время. Я настоятельно рекомендую всем пациентам проводить хирургические манипуляции не позднее чем через четыре-пять месяцев после удаления. А лучше — раньше.
Есть еще один момент, о котором говорят редко. TRG-035 работает через активацию спящих зубных зачатков. Если в конкретном месте зачаток по каким-то причинам не сформировался или деградировал — препарат не поможет. Это не универсальная кнопка «вырасти зуб здесь», а инструмент для определенных клинических ситуаций.
Реалистичный прогноз: при самом благоприятном сценарии препарат появится в японских клиниках к 2030 году. На российском рынке — не раньше середины 2030-х. Это еще десять лет.
Тогда остается имплантация — и вот о чем нужно спросить врача
Дентальная имплантация — лучшее из того, что есть сегодня. Но «поставить имплант» — это не одно решение, а целый маршрут, на каждом шаге которого можно свернуть не туда. Вот семь вопросов, которые стоит задать врачу до того, как вы согласились.
Нужна ли мне КТ-диагностика — и что она покажет?
Обычного рентгеновского снимка для планирования имплантации недостаточно. Компьютерная томография дает трехмерную картину кости: высоту, ширину, плотность, точное расположение нерва и гайморовой пазухи. Именно КТ определяет, возможна ли имплантация вообще, нужна ли предварительная костная пластика и имплант какой длины подойдет в вашем конкретном случае. Без этого шага любой план лечения — предположение, а не диагноз. Уточните также: использует ли клиника анализ КТ-снимков с помощью ИИ — это дополнительный инструмент, который помогает выявить то, что при стандартном просмотре легко пропустить.
Илья Сачечелашвили: ИИ-агенты в практике стоматолога уже стали неотъемлемой частью лечебного процесса: помогают автоматизировать рутину, участвуют в составлении планов лечения. Но нельзя забывать: это инструмент, а не доктор. Вспомогательная функция, не замена клиническому мышлению врача. Решение всегда остается за специалистом, который смотрит на снимок и понимает клинику конкретного пациента.
Достаточно ли у меня кости? Что, если ее мало?
«Мне сказали, что кости мало», — одна из самых частых причин, по которой люди годами откладывают имплантацию, продолжая терять ту самую кость. Дефицит костной ткани — это показание к определенному типу вмешательства, а не отказ от него. Спросите прямо: каков объем кости по данным КТ, какой минимум нужен для выбранного импланта, что конкретно произойдет, если вы откажетесь от предложенной пластики. Ответы должны быть с цифрами.
Сколько времени пройдет от операции до финальной коронки?
Сроки варьируются от нескольких недель до шести месяцев и более — в зависимости от протокола, состояния кости, объема работ. Существуют протоколы немедленной нагрузки, когда временная коронка устанавливается в день операции. Существуют классические двухэтапные протоколы с периодом остеоинтеграции.
Илья Сачечелашвили: Реабилитация пациента день в день — тренд современной стоматологии. Согласитесь, приятно прийти в кабинет с зубом и уйти тоже с зубом. Но эта методика подходит далеко не для всех клинических случаев. Если есть массивное воспаление под зубом, тонкая межкорневая перегородка, острый воспалительный процесс и другие риски — я рекомендую делать все поэтапно. Это сбережет ваши нервы и здоровье.
Какую систему имплантов вы используете и почему?
Имплант стоит в кости десятилетиями. Разница между ведущими мировыми системами и малоизвестными аналогами — это не только цена, но и доказательная база, данные о долгосрочной выживаемости и, что критически важно, доступность компонентов через 15 лет. Производитель может уйти с рынка, а имплант останется. Хороший врач ответит на этот вопрос без раздражения. А хорошая клиника даст на имплант пожизненную гарантию.
Илья Сачечелашвили: Разные импланты нужны в разных клинических случаях. В условиях выраженной убыли кости не поставить тот же имплант, что ставится при ее избытке. Все это очень индивидуально и решается за просмотром компьютерной томографии. Главное, что нужно понять: выбирать нужно то, что подойдет именно вам.
Что входит в стоимость?
Цена «импланта» в прайсе почти никогда не означает полной стоимости лечения. Туда могут не входить КТ, анестезия, костная пластика, абатмент, временная коронка, финальная коронка и наблюдение. Попросите полную смету по вашему конкретному случаю до подписания любых документов.
Можно ли провести операцию под седацией?
Имплантация — хирургическое вмешательство, нередко длительное. Наличие постоянного анестезиолога в штате клиники — не опция, а показатель уровня безопасности. Штатный анестезиолог знает оборудование, команду, протоколы экстренного реагирования. Это принципиально отличается от приходящего специалиста.
Илья Сачечелашвили: На самом деле стоматологов боятся почти все — так уж устроена наша профессия. Для людей, чей страх перебороть не получается, у нас есть лечение под закисью азота или под наркозом. Пациент засыпает, мы делаем свое дело, пациент просыпается уже с зубами. Ни страха, ни боли — только комфорт.
Добавлю про клинические преимущества: пациенты под наркозом не подвержены панике и эмоциональной нагрузке, при которой они могут непроизвольно закрывать рот или отворачиваться. У них стабилизирован пульс — это уменьшает интенсивность кровотечения из зоны операции. Фокус внимания хирурга не разбивается между рабочим полем и мимикой пациента. Хирургию под наркозом можно назвать эталоном качественного и максимально комфортного проведения операции.
Что изменится в уходе после установки импланта?
Имплант не болеет кариесом, но окружающие ткани болеют. Периимплантит, воспаление вокруг импланта, развивается незаметно, без боли, и нередко обнаруживается уже на сложной стадии. Спросите, как именно чистить имплант, нужен ли ирригатор, как часто необходимы профилактические визиты.
Илья Сачечелашвили: Периимплантит — очень большая проблема в современной стоматологии. Хотя процент отторжений остается низким по сравнению с процентом успешных операций, любая подобная ситуация оставляет неприятный осадок — и для врача, и для пациента. Основную массу составляет игнорирование рекомендаций, контрольных осмотров и отсутствие профессиональной гигиены минимум раз в шесть месяцев. При должном уходе за имплантами риск периимплантита сводится к нулю.
И последнее — но, пожалуй, самое важное
Все семь вопросов выше — хороший ориентир. Но у хирурга, с которым вы работаете, есть своя точка зрения на то, как должен строиться этот разговор.
Илья Сачечелашвили: По-моему, нет одного «самого важного» вопроса. Хороший врач перед назначением операции должен сам предугадать страхи и опасения пациента — и превентивно на них ответить, не дожидаясь, пока человек наберется смелости спросить. А еще — задать несколько своих вопросов, чтобы составить полную картину. Тогда вся последующая работа проходит максимально комфортно для обеих сторон. Диалог важнее, чем список вопросов.
Если выбирать одну вещь, которую пациенты системно не понимают, — это то, что имплантация не равна покупке зуба. Это хирургическая операция с биологическим сроком ожидания, который нельзя ускорить. Имплант должен срастись с костью — процесс называется остеоинтеграция, и занимает он от двух до четырех месяцев. Пациенты хотят получить постоянную коронку как можно скорее, что приводит к преждевременной нагрузке на еще несформированные костные трабекулы — и имплант расшатывается.
Многие не понимают: имплант — это не «поставил и забыл». Это целый комплекс структур, механических и биологических, которые необходимо регулярно осматривать и обслуживать, чтобы не допустить развития осложнений.
Такахаши не изобретал ничего с нуля. Он нашел, как попросить тело вспомнить то, что оно умело само. И если ему это удастся по-настоящему — вопрос о природе регенерации выйдет далеко за пределы стоматологии.
Пока ученые движутся к этому ответу, кость на месте потерянного зуба продолжает убывать. И лучшее решение из тех, что есть сегодня, называется имплантация. Не потому что нет ничего лучше на горизонте, а потому что горизонт все еще далеко.