Парадокс этой истории в том, что «вознаграждение» оказалось мизерным. По данным источника «Ленты.ру», сотрудник российского производства заработал на шпионаже всего три тысячи рублей. Судя по всему, он был наивным исполнителем, которого втянули в преступление — возможно, через мессенджеры, как это часто происходит сейчас. Украинские спецслужбы и западные разведки активно используют WhatsApp и Telegram для вербовки граждан, имеющих доступ к любой информации — не обязательно секретной. Достаточно того, что эти сведения «могут быть использованы против безопасности РФ».
Кем был Николай Дмитриев? Публично доступных деталей его биографии немного, но известно, что он — сотрудник одного из производственных предприятий. Скорее всего, обычный рабочий или инженер, который по наивности согласился на сотрудничество с иностранной разведкой, не осознавая масштаба последствий. Ирония судьбы в том, что он пытался сбежать. Дмитриева задержали в Москве не позднее декабря 2024 года, а 12 декабря Хамовнический районный суд отправил его под стражу. Причем он находился в международном розыске, как сообщил сайт проекта «Если б не было войны», и был пойман при попытке покинуть страну.
Эта история — не единичный случай. В 2025–2026 годах суды выносят десятки приговоров за госизмену. Сроки становятся все жестче: 17 лет — почти стандарт. В Туле мужчина получил 12,5 лет за перевод денег через криптообменник на кошелек, использовавшийся для закупки беспилотников для ВСУ. В Костроме военный суд приговорил местного жителя к 20 годам колонии строгого режима за госизмену. Причем он сам связался с украинскими спецслужбами и пытался устроиться к ним на службу.
Формулировки приговоров по таким делам всегда закрыты — «иные сведения», «могли быть использованы против безопасности». Мы никогда не узнаем, что именно передал Дмитриев. Возможно, координаты воинской части, фотографии завода или просто разговор о работе с незнакомцем в интернете. Цена вопроса для него оказалась чудовищно несоразмерной: три тысячи рублей, 17 лет тюрьмы и 300 тысяч штрафа. Судьба человека, который, возможно, даже не осознавал, что совершает госизмену, — наглядная иллюстрация того, насколько жестко сегодня российское правосудие борется с любой утечкой информации.