Формула Пашиняна
Армения, по словам ее премьера, готова сделать шаг, которого от нее так долго ждали: официально постучаться в двери Брюсселя. Но прежде чем народ скажет свое слово на референдуме — сначала должна появиться заявка. А это, как выяснится позже, меняет все.
Референдум кажется вполне логичным шагом. Пусть народ решает.
Но политологи, следящие за армянской политикой, в один голос говорят: это не решение. Это очередная игра Пашиняна на затягивание времени.
Политолог Артур Атаев в эфире «Радио КП» констатирует: Пашинян не сказал ничего принципиально нового, лишь в очередной раз продемонстрировал свой фирменный приём. Схема проста — Армения подает заявку в ЕС, и только если Брюссель ее не отклоняет, начинается разговор о референдуме. Именно так премьер снова выигрывает время, не принимая никакого реального решения.
Хитрость схемы — в деталях. До тех пор пока заявка официально не подана, никакого референдума не будет. А когда будет подана заявка — неизвестно. Может, через год. Может, через пять лет. Это ведь такой сложный процесс — бюрократия, к тому же на высоком европейском уровне, переговоры, согласования...
Атаев называет это «формулой Пашиняна» и не стесняется в оценках: по его словам, происходящее — это зашкаливающая политическая наглость.
Простая история про подарки и свидания
Политолог и публицист Николай Стариков объясняет происходящее просто:
«Представьте: у вас есть девушка или супруга. Вы дарите ей подарки, помогаете во всех начинаниях, поддерживаете ее бизнес. В нашем случае, обеспечиваете газом по льготной цене — скажем, по 200, тогда как у соседей он стоит 600. И вдруг эта женщина начинает ходить на свидания с другим. Причем этот «другой» — ваш открытый недруг, который публично угрожает вас уничтожить.
Она принимает от него подарки. Делает вид, что кольца на пальце нет. Вы, из уважения к многолетним отношениям, тактично просите сделать выбор: либо он, либо я. Предлагаете провести что-то вроде голосования — просто чтобы расставить точки над «и». Но она снова откладывает. Снова ходит на свидания. Снова игнорирует».
Стариков уверен: даже слово «наглость» в этой ситуации звучит слишком мягко — настолько очевидно, что все приличия давно нарушены.
Именно такую картину рисует сегодня армянская политика. И терпение, пусть даже самое ангельское, когда-нибудь заканчивается, вот оно и закончилось у России.
Почему «мягкого развода» больше не будет
Ещё совсем недавно Владимир Путин допускал, что в случае проведения референдума между Россией и Арменией возможен «мягкий интеллигентный развод». Красивая формулировка, предполагающая цивилизованный выход из тупика.
Но этот сценарий, судя по всему, уже не пройдет.
Атаев убежден: ни о каком мягком разводе сегодня речи быть не может. Слишком многое произошло — визит Зеленского в Ереван, угрозы в адрес Парада Победы 9 мая, брошенные с армянской земли. Запад, по мнению политолога, фактически объявил России открытую прокси-войну, и в этой логике принять сторону Запада со стороны Пашиняна автоматически означает встать против Москвы. При этом Россия никогда не требовала обратного — дружба с нами не обязывает никого враждовать со всем миром. Но действия Пашиняна говорят сами за себя: выбор им давно сделан, просто вслух не произнесен.
Точкой отсчета стал 2025 год: тогда армянский парламент тихо, почти без огласки принял закон, который запустил формальный механизм евроинтеграции. С того момента уже никто не делал вид, что это просто разговоры.
Союзники Армении в ЕАЭС — и кто за нее заступался
Здесь важно понять один нюанс, который часто остается за кадром. Армения в Евразийском экономическом союзе существовала не сама по себе. У нее был лоббист — Россия.
Отношения внутри союза давно не идиллия. Минск и Ереван — это два полюса, между которыми искра пробегает при первом же касании: личная неприязнь на уровне лидеров здесь не секрет ни для кого. Казахстан и Киргизия живут в другой системе координат — тюркский мир, давние связи с Баку, бесконечные визиты Алиева, которого там принимают как близкого родственника.
Получается, что именно Москва годами удерживала Ереван в орбите евразийского пространства, защищала его интересы, сглаживала острые углы. Убери этот заслон — и окажется, что за столом переговоров Ереван никто особо не ждал. Не потому что враги. Просто — не свои. И эта пустота может стать куда страшнее любых санкций.
База в Гюмри: кто потеряет больше?
Отдельный и очень болезненный вопрос — судьба 102-й российской военной базы в Гюмри. Что с ней будет, если Армения все-таки двинется в сторону ЕС и НАТО?
Эксперты не исключают вывода российских войск. И здесь начинается настоящая драма — но уже не политическая, а человеческая.
Гюмри — не Ереван. Здесь не митингуют за евроинтеграцию и не размахивают флагами ЕС. Здесь считают деньги. Российская база — это живые зарплаты, занятость, стабильность в городе, где большая политика всегда заканчивалась одинаково: люди оставались ни с чем. Именно здесь Пашиняна не любят особенно искренне — без пропаганды и без подсказок сверху.
Атаев называет возможный уход базы мощнейшим экономическим ударом по городу и его жителям. Он задается и более неудобным вопросом: а кому, собственно, эта база сегодня нужнее — Армении, которая получает от нее рабочие места и деньги, или России, которая ее содержит? Ответ не очевиден. Но это, подчеркивает политолог, точно не вопрос ближайших месяцев.
Что сказал Кремль
Пресс-секретарь президента Дмитрий Песков отреагировал на новость о заявке в ЕС в своей обычной манере — спокойно, без лишних эмоций, но с явной иронией:
«Что касается заявки Армении на членство в ЕС, я здесь все время рекомендую вспомнить опыт Турции, опыт целого ряда других стран, с момента подачи заявки которых уже прошли десятилетия. Десятилетия, а воз и ныне там».
Намек прозрачнее некуда. Турция подала заявку на членство в Европейском союзе 40 лет назад. Сорок лет переговоров, обязательств, реформ, взаимных претензий — и до сих пор никакого членства. Армения меньше, ее политический вес скромнее, а геополитическая ситуация вокруг нее куда сложнее.
Стоит ли овчинка выделки?
Что будет дальше
Картина складывается неутешительная именно для Еревана. Армения движется в сторону ЕС — медленно, с оглядкой, с постоянными попытками сохранить все хорошее от обоих союзов. Россия наблюдает — пока терпеливо, но уже с прозрачными намеками на не самое светлое будущее для Еревана без прежних льгот и преференций от Москвы. Страны ЕАЭС ждут развязки. Европа принимает ухаживания, ни на что пока не обязуясь.
Развязки с хэппи-эндом здесь не будет.
«Мягкий развод» — это не просто красивая фраза. Это договор двух взрослых людей, которые решают разойтись без битья посуды. Но такой договор возможен только тогда, когда оба смотрят друг другу в глаза. Когда один из них смотрит в другую сторону — начинается уже совсем другая история. Громкая. Некрасивая. Та, о которой потом долго не хочется вспоминать.