Как родилась «Голубая родина»?
Конфликт зреет десятилетиями, но сейчас ситуация дошла до точки кипения. Восточное Средиземноморье - один из самых насыщенных регионов мира. Там пересекаются потоки энергоносителей, торговые пути, маршруты мигрантов и военные стратегии.
Закон, который вот-вот внесут в турецкий парламент, - попытка одной страны подмять под себя все эти измерения. Греция, как член ЕС, уже назвала это прямой угрозой. В 2006 году два турецких адмирала - Джем Гюрдениз и Джихат Яйджы - сформулировали идею: Турция не просто сухопутная держава, а великая морская цивилизация.
Зона её жизненных интересов простирается между 25-м и 45-м восточными меридианами. На карте это весь юго-восточный угол Средиземного моря, половина Эгейского моря и крупный сектор Чёрного. Гюрдениз назвал доктрину «Мисаки Милли» - национальным обетом.
Это прямая отсылка к пакту 1920 года, определившему границы Турции после распада Османской империи. Для него это не захват чужих земель, а защита своего, законного.
Карта Восточного Средиземноморья однажды может поменять свои контуры
Что именно закрепляет новый закон?
Текст законопроекта уже готов. Вот его ключевые положения:
-
В Эгейском море сохраняется шестимильная зона территориальных вод.
-
В Чёрном море и Восточном Средиземноморье Турция оставляет за собой право расширить зону до 12 миль.
-
Президент получает право вводить «морские зоны особого статуса» - для рыболовства, защиты экологии или других целей.
Это первый за 44 года комплексный закон, который систематизирует морскую юрисдикцию Турции. Внести его в парламент планируют в конце мая. Анкара больше не хочет оставлять правовые лазейки для соседей.
«Эрдоган при всей идеологической дистанции с кемалистами в 2016 году принял доктрину как родную - после провалившегося путча она стала удобной рамкой для консолидации с националистами», - пишут авторы телеграм-канала Mash Room.
Эрдоган вполне доволен тем, как развиваются события
Зачем Турции это сейчас?
На другом конце региона зреет противовес. Лидеры Израиля, Греции и Кипра недавно подписали важные соглашения в Западном Иерусалиме. Речь идёт о военно-техническом сотрудничестве и политическом союзе. Греция при помощи Израиля создаёт «Щит Ахиллеса» - систему противовоздушной обороны, которую в Афинах называют сердцем всей обороны.
Этот альянс «древних наций» (так его уже окрестили в Турции) напрямую бьёт по интересам Анкары и непризнанного Северного Кипра. На кону - нефтегазовый шельф и удобные границы исключительных экономических зон. Но конфликт не ограничивается трубами и деньгами. Речь идёт о праве быть хозяином в своём море.
В лучшем для Турции раскладе она блокирует любые газовые проекты, где её нет. Например, газопровод EastMed уже заморожен. Турецкий флот в любой момент способен устроить «проблемы» в нужной точке, и европейские компании это понимают.
В идеале - Восточное Средиземноморье станет зоной, где без разрешения Турции не пройдёт ни кабель, ни труба, ни буровая вышка. Газ под морским дном - это ресурс на десятилетия. А турецкая элита исторически боится одного: остаться запертой в своих берегах, без выхода к мировым энергетическим коридорам.
Греция при помощи Израиля создает оборонительную суперсистему
«Мы не можем уступить и капли воды нашей родины другим, так же, как не можем уступить и горсти нашей земли», - говорил в свое время адмирал Яйджы.
Согласно доктрине, следующие шаги Турции - уже не Средиземноморье. Анкара нацелилась на Персидский залив и Красное море. У неё уже есть военные базы в Катаре и Сомали. Планируется поставить свою базу на суданском острове Суакин.
Турция возвращается в мировую политику не как младший партнёр США, не как проблемный член НАТО и не как вечный соискатель в ЕС. А как отдельная сила, которая сама решает, где проходят её границы. И Европе, и России, и всему блоку НАТО придётся с этим считаться.