На заседании академии наук Соловьев заявил: «Мы сильно зависим от американских коллег при развертывании РОС. Они все говорят нам: "Давайте МКС еще полетает"». По его словам, США уже утвердили бюджет на работу МКС до 2032 года, и Россия не может начать собственный проект, пока американцы не согласятся на затопление старой станции.
Это признание резко контрастирует с публичной риторикой «Роскосмоса». Еще 6 апреля глава госкорпорации Дмитрий Баканов объяснял необходимость создания РОС «непредсказуемой обстановкой» и «недружественным отношением западных партнеров». Однако на деле график запуска первого модуля в 2028 году жестко привязан к совместной с NASA процедуре сведения МКС с орбиты — без согласия Вашингтона этот процесс не начнется.
Ситуация усугубляется тем, что Россия уже пошла на технологический компромисс ради сохранения связей с американцами. Долгое время шли споры об орбите для РОС: российские ученые хотели высокоширотную орбиту с наклонением 97 градусов для обзора всей планеты. Однако в итоге утвердили угол 51,6 градуса — точно такой же, как у МКС. Замглавы «Роскосмоса» Сергей Крикалев объяснил: это позволяет выводить больше полезной нагрузки, а главное — на этой орбите будет коммерческая станция Axiom, с которой можно взаимодействовать.
У США, в свою очередь, нет выбора. Профильный комитет Сената официально одобрил продление МКС до 2032 года, но истинная причина — провал программы частных орбитальных станций. NASA планировало перейти на коммерческие платформы Axiom, Blue Origin и Northrop Grumman, но их проектирование и строительство задерживаются. Конгресс прямо запретил NASA сводить МКС с орбиты, пока не будет запущена хотя бы одна частная станция.
Таким образом, и Москва, и Вашингтон оказались в орбитальной ловушке. США тратят 25,5 миллиарда долларов в год на поддержание устаревающей МКС, а Россия вложила 608 миллиардов рублей в новую станцию, но не может ее развернуть. Заявление Соловьева обнажило болезненную правду: «космический суверенитет», о котором говорят в Кремле и «Роскосмосе», на деле упирается в банальное разрешение от американских коллег.
Инженер Матасов: Полет Гагарина стал импульсом для прогресса.
Космическое путешествие «Артемида-2» входит в завершающую стадию.