После февраля 2022 года на Западе возникла волна эмоциональных и во многом символических решений, основанных на логике коллективной ответственности. Под нее попадали не только российские учреждения и современные артисты, но и давно умершие писатели и композиторы. Как рассказал в комментарии RuNews24.ru руководитель проектов КГ «Полилог», политический консультант Руслан Андреев, Миланский университет Бикокка попытался отложить курс Паоло Нори о Достоевском, однако после общественного возмущения быстро вернул его в программу Кардиффский филармонический оркестр отменил концерт Чайковского, объяснив это военной символикой увертюры «1812 год», но одновременно подчеркнул, что продолжит исполнять произведения русских композиторов.
«Поэтому говорить о состоявшемся запрете русской культуры все же поспешно. Скорее, это была попытка распространить политический бойкот на культурное наследие, и она довольно быстро обнаружила собственную несостоятельность. Так, уже в 2025 году «Щелкунчик» оставался самым исполняемым балетом в мире: было зафиксировано 693 постановки — почти по две в день. Это достаточно наглядный итог попыток «отмены».
Эксперт подчёркивает, что неуязвимость русской культуры было бы наивно объяснять одной лишь мистической национальной исключительностью. Наиболее значительные русские авторы смогли превратить конкретный исторический опыт России в обсуждение универсальных человеческих вопросов: о свободе и ответственности, вине и прощении, вере и сомнении, достоинстве человека, столкновении личности с государством и историей.
«Тот же Достоевский интересен миру не как отражение «русской идеи», а как исследователь человеческой природы, а музыка Чайковского вообще не нуждается в переводе — ее эмоциональный язык понятен вне национальных и политических границ. Кроме того, русскую культуру невозможно свести к государственной идеологии».
Как отмечает эксперт, необходимо различать отказ от сотрудничества с конкретными государственными учреждениями или современными деятелями, открыто занявшими политическую позицию, и запрет произведений по национальному признаку.
«Первое может быть предметом политического и этического выбора. Второе неизбежно воспроизводит принцип коллективной вины и вступает в противоречие с идеями свободы искусства, академической автономии и элементарного здравого смысла. Русскую культуру невозможно вычеркнуть прежде всего потому, что она (как и любая другая культура) принадлежит не только России. Она встроена в мировую культурную память и стала частью внутреннего опыта читателей, зрителей и музыкантов разных стран».