Секрет бодрости: побои и фитнес в кровати
Кто-то пьёт зелёный смузи, кто-то бегает марафоны. Збруев же с детства заливает в себя овсянку. Но не простую.
«Помню войну: в кашу клали опилки, чтобы она казалась сытнее, — вспоминает Александр Викторович. — Я начинал давиться, мама тут же отвешивала подзатыльник: глотай, не капризничай. До сих пор завтракаю этой кашей».
Однако одной едой, даже с опилками, форму не сохранишь. Каждое утро, едва открыв глаза, актёр превращает постель в тренажёрный зал.
«Двести раз кручу „велосипед“ и качаю пресс — поднимаю ноги. Ритуал, от которого не отступаю», — признаётся Збруев.
Картины, которые никто не должен узнать
Жизнь 88-летнего артиста сегодня вращается вокруг двух вещей: сцены «Ленкома» и мольберта. Недавно там прошла выставка с загадочным названием «Збруев. А4». 29 работ, которые сам автор именует не иначе как «царапки души». Жанр он определяет с усмешкой:
«На грани кубизма и идиотизма».
Все сюжеты родились спонтанно — под влиянием ярких лиц и необычных характеров. Но узнать, кто именно изображён, невозможно. Збруев принципиально шифрует героев.
«Я слишком добрый, поэтому рисую звёзд так, что они становятся неузнаваемыми, — объясняет он. — Имён не скажу. Даже не пытайте».
Реакция публики и коллег оказалась диаметральной. Продавец из художественной лавки на Малой Бронной (это в двух шагах от дома актёра) уговаривал его немедленно делать экспозицию. А приятель-художник вынес вердикт жёстче некуда: «Шизофреник, тебя лечить пора». Збруев лечиться не пошёл, а рисовать продолжил. Подписи под работами нет. И не будет — пока.
«Я человек застенчивый и культурный. Но если лет в 90 окончательно обнаглею — начну подписывать», — обещает артист.
Продавать «царапки» он тоже не намерен. Хотя попытки были: один визитёр выставки захотел купить конкретную картину.
«Я ответил: только оптом, но дорого. Покупатель испарился», — смеётся Збруев.
Диктофон для внука и гордость за дочь
Параллельно с живописью актёр продолжает покорять сцену. Его новый моноспектакль — это сплав стихов Окуджавы, Пастернака и Высоцкого. А в зале иногда сидит самый строгий зритель — младшая дочь Татьяна, которая тоже служит в «Ленкоме».
«Она, безусловно, дарование. Но какой же отец может быть объективным? — разводит руками Збруев. — Зато я бесконечно счастлив, что растёт внук. Именно ему я сейчас начитываю на диктофон книгу жизни. Пусть потом узнает, кем был его дед».
«Олег Даль запел блатные песни — и Ефремов позвал в „Современник“»
Особенно откровенным Александр Викторович стал, вспоминая съёмки своей первой картины — «Мой младший брат» режиссёра Зархи. Ту самую, где он, ещё студент Щукинского училища, встретил Олега Даля, Андрея Миронова и Олега Ефремова.
«Даля я любил и знал как облупленного. Душа нараспашку», — говорит артист.
Съёмки шли в Таллине. Ефремов собрал всех в гостиничном номере. Даль пришёл не с пустыми руками — взял гитару. Выпили, и Олег запел: «Не печалься, любимая, за разлуку прости меня...»
«Ефремов смотрел на него, молчал, а потом вдруг спрашивает: „Олег, курс какой?“ — „Третий“. — „Заканчивай — и ко мне в „Современник““. Так всё и случилось», — пересказывает Збруев.
А вот Андрей Миронов, по словам собеседника, изначально был обречён на Театр сатиры.
«Его родители дружили с самим Плучеком, главным режиссёром. Дорога была расчищена», — поясняет актёр. И тут же делает вывод, от которого у многих поклонников театра заболит голова: «Без блата, без связей — родственных или приятельских — в нашем деле делать нечего. Ничего не выйдет».
А сам как попал в «Ленком»?
Збруев не стал отрицать, что ему тоже помог случай — но не родственный, а кинематографический.
«Картина „Мой младший брат“ обошла все экраны страны, нас узнавала вся улица. А театру всегда нужны свои магниты для публики. Я оказался таким магнитом. Меня взяли сразу и без разговоров. И вот уже 70 лет здесь», — заключает артист.
Александр Збруев родился в Москве 31 марта 1938-го. Окончил училище им. Щукина (мастерская Владимира Этуша) в 1961-м и в том же году дебютировал в «Ленкоме». Всенародную любовь принесли фильмы «Большая перемена», «Одинокая женщина желает познакомиться», «Два билета на дневной сеанс». В 1989-м получил звание народного артиста. Был женат на Валентине Малявиной и Людмиле Савельевой. Татьяна — дочь от актрисы Елены Шаниной — тоже вышла на сцену «Ленкома».