Криптовалюта, китайские машины и 23 миллиона долга
Арсений Шульгин — не просто сын знаменитости. Молодой человек давно пытается строить собственную жизнь, причём довольно амбициозно. Несколько лет назад он с головой погрузился в мир современного бизнеса: его интересовали криптовалютные проекты и поставки автомобилей из Китая — направления, которые в определённый момент казались многим золотой жилой.
Но, как это нередко бывает с подобными историями, всё пошло не по плану. Деньги, взятые в долг под эти проекты, вернуть не получилось. Бизнес не выстрелил. И теперь Арсений оказался в ситуации, из которой красиво выйти крайне сложно.
Арбитражный суд Москвы признал его банкротом. Общая сумма задолженности перед кредитором составила 23 миллиона рублей — сюда вошли основной долг, набежавшие проценты, неустойка и судебные издержки. Имущество молодого отца подлежит продаже для погашения этих обязательств.
Дубай, двое детей и никаких комментариев
Примечательно, что сам Арсений всё это время живёт далеко от Москвы. Вместе с супругой Лианой и двумя детьми — пятилетней дочкой Селин и совсем маленьким сыном Мироном — он обосновался в Дубае. Жизнь в эмирате продолжается своим чередом, а вот как именно он планирует разбираться с долгом в 23 миллиона — Арсений пока публично не объяснял.
Молодой человек родился в 1998 году. Его мать — певица Валерия, одна из самых известных исполнительниц в российской поп-музыке. Отец — композитор и продюсер Александр Шульгин, с которым певица рассталась, когда Арсению было около трёх лет. Развод был громким: Валерия обвинила бывшего мужа в рукоприкладстве.
У Арсения есть еще старший брат Артемий и сестра Анна.
В 2004 году певица вышла замуж за известного продюсера Иосифа Пригожина, который стал отчимом для её детей. Именно его реакция на банкротство пасынка оказалась едва ли не самой обсуждаемой частью всей этой истории.
Пригожин: «Я не слежу за взрослыми ребятами»
Продюсер не стал делать вид, что ничего не произошло, но и бросаться спасать пасынка тоже не торопится. В комментарии изданию «СтарХит» Иосиф Пригожин высказался откровенно — и его слова тут же разлетелись по всем новостным лентам.
По словам Пригожина, он в принципе не следит за тем, как живут взрослые дети. Объяснил это просто: чем старше человек, тем меньше он воспринимает советы и наставления. Поэтому продюсер предпочитает не навязывать свои рекомендации.
«Им повезло, что у них есть такая фантастическая мама. У них есть небиологический отец — я. Если он обратится за помощью, мы посмотрим по состоянию на тот момент — будут ли у нас такие деньги, захотим ли, сможем ли мы. Безусловно, материнское сердце всегда готово отдать всё. Я не совсем», — заявил Пригожин.
Кроме того, он напомнил, что у Арсения есть биологический отец. Намёк, судя по всему, прозрачный: ответственность лежит не только на плечах отчима.
Формулировка «я не совсем» быстро стала крылатой. И неудивительно: в ней без лишних слов уместилась вся позиция человека, который, с одной стороны, не отказывает пасынку в поддержке принципиально, но, с другой — очень чётко обозначает границы своей готовности помогать.
Интересно, что на момент комментария Пригожин находился в отпуске и, по собственному признанию, не был в курсе всех деталей произошедшего. Пообещал расспросить пасынка — через Валерию или напрямую. Звучит, мягко говоря, не как история экстренного семейного совещания.
Бизнес сейчас — это вообще лотерея
Примечательно, что Пригожин всё же сделал одно примирительное замечание. Он признал: сейчас вести бизнес действительно непросто. И это — не просто дежурная фраза. Рынок криптовалют лихорадило, логистика поставок из Китая превратилась в настоящий квест, схемы, которые работали ещё несколько лет назад, сегодня могут не работать вовсе.
Но понимание рыночной ситуации — одно, а чужие долги — совсем другое. И в этом вся суть позиции Пригожина: сочувствие есть, а вот автоматической финансовой ответственности — нет.
Вопрос о том, обратится ли Арсений за помощью к матери или отчиму, пока остаётся открытым. Как и вопрос о том, каким именно образом молодой отец намерен рассчитываться с кредитором — ведь 23 миллиона рублей на дороге не валяются.
Семья, которую объединяет мама
За всей этой историей с долгами, судами и дубайской жизнью просматривается кое-что большее — портрет нестандартной семьи, в которой отношения между отчимом и пасынком строятся по своим правилам.
Пригожин и Валерия вместе уже больше 20 лет.
За это время он стал частью жизни её детей — Артемия, Анны и Арсения. Но «стать частью жизни» и «нести полную финансовую ответственность» — разные вещи. И Иосиф Пригожин об этом говорит открыто, без попыток выглядеть в глазах публики героем-спасителем.
В каком-то смысле такая честность даже располагает. Он не делает громких жестов, не заявляет о немедленной помощи ради красивой картинки. Просто говорит как есть: есть биологический отец, есть мама, которая готова на всё, и есть он — небиологический отец, готовый посмотреть на ситуацию, когда до неё дойдёт.
Что дальше?
Процедура банкротства запущена. Имущество Арсения будет выставлено на продажу. Чем именно владеет молодой человек и хватит ли этого для покрытия долга — пока неизвестно. Семья публично ситуацию не комментирует — по крайней мере, сам Арсений молчит.
Валерия, судя по словам мужа, переживает за сына так, как умеют переживать только матери. Пригожин, в свою очередь, сохраняет философское спокойствие человека, который умеет разделять личное и деловое.
История продолжается. И, судя по тому, насколько активно публика следит за этой семьёй, незамеченной она точно не останется.